Мефистофель, змей искуситель.Называйте как хотите:В профиль - демонВ фас - спаситель

Мефистофель, змей искуситель.
Называйте как хотите:
В профиль - демон
В фас - спаситель

rossius

Впервые работала на божественной на ощупь бумаге touche cover, которую не брали не один из обычно используемых мною линеров. Победили ее только пара перманентных маркеров, купленных случайно накануне. Получилось как то сумбурно. 
#rossius #art #artwork #graphics #illustration

Впервые работала на божественной на ощупь бумаге touche cover, которую не брали не один из обычно используемых мною линеров. Победили ее только пара перманентных маркеров, купленных случайно накануне. Получилось как то сумбурно.
#rossius #art #artwork #graphics #illustration

graphics rossius art illustration artwork

Начиная

Словно позабыв все то, от чего она уехала, Карин забрела на уличную выставку в парке в центре города. Там были лица, размытые во всей этой многогранной визуальной выразительности снимков со старых пленок. Лица, сдернутые с полузабытых кинолент,со странным шармом невостребованности этих, уже устаревших, образов ностальгии. Карин овладело то странное чувство, когда смотря на очередной образ, он стирает предыдущий, словно он сам не может существовать в памяти, а существует лишь тогда, когда на него смотрят.

Время было совсем не то, такое время у Карин было впервые, ей хотелось, чтобы все это время по скорее прошло, но одновременно с этим,ей было его жалко, слишком много времени  и так было упущено.

Эта выставка, как и это время, как и сама Карин были абсолютной реальностью, были громким настоящим, но и одновременно не существовали, так как отрицали сами себя. 

играя весной

Играя фразами, ритмами,
Эмпирической гегемонией.

Веселье литрами -
Литры гармонии

Отрекаясь веснами
От исходов истории,

Генерировать взрослые,
Слишком, 

Художественные космогонии

rossius

Фигура в темном углу.

Дочитывая Достоевского, меня основа окутывают раздумья об инфернальщине. Забавно, но классическая литература и где -то , в последствии кино, учит нас гораздо восприимчивей относится к Черту, чем принято. Будь он объективным героем или плодом воображения главного героя, он становится куда ближе и человечнее нам, чем любой представитель религии и суеверий. В “Дневнике Сатаны” Андреева сам Сатана хоть и плещет высокомерием, но благоговеет перед шлюхой, похожей на Марию, и куда более робок в своих темных делах чем человек. Но самое сумасшедшее там, что он целует в темечко тех, кого любит. Самое сумасшедшее что Сатана способен любить. Или у Гёте - Мефистофель сопровождает Фауста во всех его грязных делишках, ломая судьбы. И Булгаковсий бес! И даже Гиллиам показал в своем Парнасе вполне двусмысленного антагониста. Собирая образы складывается впечатление, что все Мэтры литературы и даже кино знали одного и того же, старого доброго Черта, который снова и снова вдохновлял их на шедевры.

парадокс

Мне бы остановится  - отдышаться,
Хоть позади и нет погони,
И не за что на самом деле сокрушаться.

Обещание космогонии!

Изъясняясь графически,

Ловишь всю суть фактически телепатически!

Заданный ритм мертвой визуализации зимы -

Все чем живем и дышим мы

До душераздирающей весны.